[indent]

Жизнь Кайи с момента появления всегда казалась какой-то неестественной и искусственной. Это чувство сидело в ней с момента осознания самой себя, а может и гораздо раньше. Рожденная скорее для галочки - как недостающий паззл в идеальной картине четы Роман. Кайю выносила суррогатная мать, потому что Талия Роман не желала тратить на это время и портить точеную фигуру. Может она и была с дочерью какое-то время после рождения, но Кайя этого не помнила. Рядом с ней всегда были няньки, гувернантки и охранники, но никак не родители. Их она видела слишком редко. И встреча с папой и мамой приравнивалась ко дню рождения и рождеству.  У Эдварда Романа Четвертого были его компании, тендеры, счета, у Талии - галереи и благотворительность. Кайя между этим всем - фото на разворотах журнала.

Жизнь Кайи тоже расписана посекундно. Частные школы, теннис, верховая езда, игра на фортепиано. Она идеально учит немецкий. Затем французский. Итальянский со словарем. Ей крайне важно было доказать своим родителям, что она не просто приставка в их семье для полноты картины. Она и сама не понимает, почему так тянется всем сердцем к родителям, которые ей дали всё, кроме своей любви. Кайя ночами внушала себе, что может это и есть любовь. Она такая и не будет другой. Но эта стена, этот обжигающий холод безразличия уничтожает все попытки принять этот факт. Чувство одиночество выжигает. Кайя привязывается наивно ко всем окружающим. Но обида от того, что самые нужные люди никогда не бывают с ней рядом растет. Эта чёрная дыра засасывает всё, опустошает. Её успехов и достижений никогда недостаточно - это будничное, должное.

Когда Кайе исполнилось 13, в огромном доме разносится плачь Томаса. Его приносят так же, как наверное, когда-то принесли саму Кайю. Девочка прокрадывалась к брату ночами, роняла слёзы над малышом и обещала ему, клялась, что сделает всё, чтобы он никогда не был таким одиноким, как она. Кайя слово держит. Она привязана к маленькому брату крепко, жертвуя безгранично всё, что есть у неё. И благодаря этому девушка ощутила, насколько мала её золотая клетка, дышать в ней нечем.

Всё начиналось с малого. Нарушать правила страшно. Но Кайя пробовала, прощупывала почву. Искала границы дозволенного, но они всегда ускользали от неё. Кайя прогуливала уроки, портила дорогие вещи, сбегала из дома. Первый побег открыл для неё мир совершенно в ином свете: ярком, живом, не идеальном, но таком манящем. Она впервые дышала свободно, смотрела по сторонам и ощущала себя Кайей, а не наследницей состояния Роман. Это пьянящее чувство было несравнимо ни с каким другим. Она подсела на него, как на самый тяжелый наркотик. Кайя бесстрашно пила дешевый алкоголь, соглашалась на тусовки с незнакомыми людьми, клала цветные таблетки под язык. Поползли первые неуверенные, но весьма красочные статьи в желтых газетах. Кайю искали, забирали домой, заминали едва вспыхнувшие скандалы. Упоминания об её присутствиях в неподходящих местах стирались. Нет, это не она сидела нетрезвая и несовершеннолетняя за рулем. Нет, не она была арестована за мелкое хулиганство. Нет, на онли фанс не её профиль. Кайя не знала какой именно ожидала реакции от родителей. Но они в своей безупречной манере холодным тоном вещали, что если она продолжит в том же духе - они прекратят инвестирование в её благополучие и образование. Они вообще как будто не видели большой проблемы. Переходный возраст - перебесится и всё вернётся на круги своя.

Находиться в золотой клетке становилось всё тошнотворнее и тошнотворнее. В очередной свой побег, Кайя прихватила пятилетнего братишку. План был простой: прогуляться по улицам, показать ему обычную, но такую настоящую, не фальшивую жизнь. Она хотела познакомить его с миром за пределами огромного дома с панорамными окнами, но высокими стенами. Кайя катала Томми на плечах, кормила обычным мороженом в вафельном стаканчике, которое было в сто раз вкуснее того, что лежало дома из каких-то там супер натуральных продуктов. Учила его "тонуть" на пляже, вставая под накатывающие волны и ощущая, как ноги всё глубже увязают во влажном песке.  Она отвлеклась всего на несколько минут, чтобы ответить на звонок. Но когда Кайя обернулась, то братишки не было рядом. Мальчишка побежал за птичкой, и очередная волна сбила Томми с ног и потащила в море. Кайя в отчаяние бросилась следом, однако её сил не хватало, чтобы доплыть до брата. Она и сама едва не утонула, если бы не спасатели. Их обоих вытащили на берег и отвезли в больницу. Томми чудом успели откачать. Приехавшие родители вычеркнули дочь из своей жизни, забрали младшего ребёнка и запретили даже приближаться к родному дому. Вдобавок к этому, словно желая сделать Кайе ещё больнее, они получили судебное постановление о запрете на приближение к родному брату ближе, чем на 10 метров.

Разбитая Кайя осталась одна. Она понятия не имела, что делать дальше. Боль, вина, обида, тоска и одиночество смешались внутри в гремучую смесь. Первое время она выживала с помощью хитрых манипуляций. Девушка приходила в модные бутики и магазины, где её знали. Она брала разные вещи, записывая на счёт родителей, а потом перепродавала. Однако очень скоро отец и мать узнали, чем промышляет их чадо и её перестали пускать. Потом одна из знакомых предложила ей поработать в ночном клубе. Всего лишь нужно было разводить мужчин на то, чтоб они заказывали как можно больше в баре. Симпатичная Кайя легко справлялась с этим делом. Полученных денег за работу хватало, чтобы снять небольшую квартирку и на что-то жить. Она следила за новостями, иногда находила украдкой возможность где-то поглядеть издали на Томаса. Кайя безумно скучала по брату. И шёпотом просила прощение за то, что не сдержала обещание. Но может быть когда-нибудь, когда встанет на ноги, то у неё всё получится?

Но обид было слишком много. И оставшись с ними один на один, Кайя ощущала, как они поглощали её, становились слишком навязчивыми. Иногда они даже не давали уснуть, заставляя ворочаться в кровати. Родителям всегда было плевать на неё - она была лишь выгодным дивидендом, который перестал приносить нужную прибыль. И от неё попросту избавились. Но она была живой. И ей было больно.

Когда она увидела, что отец баллотируется на должность губернатора штата - внутри что-то перемкнуло. Они продолжили свою красивую жизнь, вычеркнув старшую дочь, будто той никогда не существовало. Сначала она хотела пойти в СМИ, раструбить всем неприглядную правду идеального семейства, пока они кормили сказку народу про самостоятельный путь дочери. Пиарщики и кризис-менеджеры хорошо отработали, ничего не скажешь! А потом она поняла, что это бесполезно. Её потопят тут же. У семейства Роман прекрасная репутация, деньги и большая команда людей. А она - одна. К тому же, Кайя не хотела навредить брату. Но план мести созрел в её голове.

Воспользовавшись хорошим отношением прислуги к ней, она сумела убедить их пустить в дом, чтобы повидаться с братом. Она действительно хотела увидеть Томми. А ещё - забрать его с собой из этой золотой клетки. Но всё пошло не по плану. Она едва сбежала сама, правда прихватив с собой всё, что могла, мамины украшения, наличку, которая хранилась в доме и даже машину, от которой правда пришлось довольно быстро избавиться и продать лишь за полцены. Денег теперь хватило бы на целую жизнь и ещё осталось бы. Но она обещала Томми, что заберёт его. Однако, Кайя понимала, что теперь подобраться к нему будет непросто. И решила на некоторое время залечь на дно. Она сделала себе фальшивые документы на имя Руби Брайт и поспешила покинуть Калифорнию. И петляя бесцельно по трассам, девушка оказалась в Тонтоне. Ведомая каким-то внутренним чутьём, она решила спрятаться здесь.